Приглашаем литераторов и сочувствующих!
Вы не зашли.
Из моего кресла в Ламби-Ден, Форфаршир, 6 сентября 1793 г.
Эй, Роб, ты тронулся умом?
С чего, насмешкою ведом,
Винишь меня во всём худом,
Ища греха,
И люто хлещешь, как кнутом,
Строфой стиха?
Ты дал мне множество имён,
Ты саркастичен и умён,
Я посрамлён и заклеймён -
Но ты же мог
Без ложью пышущих письмён
Разить порок!
Твоим надеждам вперекор
Я не хочу давать отпор;
Уж лучше я до нужных пор
Стерпеть сумею,
Чем пробиваться через вздор
И ахинею.
То ведьмы мчат на помеле,
То черти прячутся во мгле;
Кипит в рифмованном котле
Сплошная ложь -
Подобных пугал на земле
Ты не найдёшь.
А правда, Роб, куда скучней:
С поличным пойманный злодей,
Чтобы смягчить своих судей,
Всегда орёт:
"Я жертва дьявольских затей!" -
Простой расчёт.
Меня винишь ты, зубоскал,
В том, что Адам когда-то пал,
И я устроил тот скандал.
Поверь, дружок -
Супругов я не допекал,
Хотя и мог.
Я виноват ничуть не боле
В грехопаденьи и крамоле,
И смерти, и земной юдоли,
Чем ты, поэт;
И там моей злодейской роли
В помине нет.
Когда б не Мильтона сказанье
Ты прочитал бы, а Писанье,
То ни сыскал, при всём желаньи
Там никогда
Ты моего упоминанья
Или следа.
А я, для сведенья зоила,
Праматерь Еву знал нехило,
Была полна огня и пыла
Сия девица,
Она проказничать любила
И веселиться.
Отец, что ведал, каково
Любимой дщери естество,
Велел от дерева сего
Не трогать плод,
Или она за воровство
Тотчас помрёт.
Досель не знавшая отказа,
Она не слушала приказа,
Искала через стену лаза,
И как-то раз
Ей удалась её проказа
В урочный час.
А знаменитая развязка
Со змеем и его указкой -
Аллегорическая сказка,
Что написал
В Египте, любящем побаски,
Один нахал.
Тобою Иов не забыт,
Мой чёрный лик и стук копыт,
С какими я разрушил быт
Отца седого,
Такими сплетнями я сыт,
Вот право слово.
Да, я был с Иовом знаком,
Его гостеприимный дом
Был нараспашку, и притом -
Куда уж деться -
Он жил в усердии благом
Ума и сердца.
Он был достаточно богат,
Держал коней, коров, ягнят,
Короче был, как говорят,
Совсем не нищий,
Имел достаточно деньжат,
Вина и пищи.
Три дочки было, пять парней;
Подобных ты за много дней
Не сыщешь средь родных огней,
Тропой медвежьей
Бредя от северных камней
До побережья.
Но тут три шайки чужаков
Пришли туда, без лишних слов
Овец прибрали и коров,
Всё, что сумели -
Обычай, что совсем не нов
Для менестреля.
Ты скажешь: это я, вандал,
В долине скорби правил бал,
Но я на этакий скандал
Не покушался -
Я тихо-мирно наблюдал
И не вмешался.
Там был у Иова певец,
Любил девиц, ласкал овец,
И горделиво нёс венец,
Как ты несёшь,
Поэт, алкаш, развратник, лжец,
Но как хорош!
Он строчки страстные кропал,
Ища подачек и похвал,
А после вольно собирал
Из них сюжет
За свой наполненный бокал
А-ля фуршет.
Он всю затею на прицел
Взял, ибо был неглуп и смел,
Когда прошло от этих дел
Немного лет,
В арабской прессе он сумел
Издать памфлет.
Таков, мой Роб, любой поэт:
В мозгу мелькнувший силуэт
Вы помещаете в сонет
Пера движеньем -
И персонаж рождён на свет
Воображеньем.
Шекспира духи в каждой пади,
Шагают Мильтоновы рати,
Том Пэк появится в балладе,
Волынщик Робби,
И Тэм* в твоих поэмах, кстати,
Дрожал в ознобе.
Там перебранку даже псы*
Ведут на разные гласы,
Мосты* за спором длят часы;
Ну что ж, певец,
Пусть Койла** на твои власы
Сплетёт венец.
Ты колкой рифмой бьёшь в набат,
Отстроты сыплешь, словно град,
Ты так насмешками богат,
Любимец муз,
Но рык страшнее твой стократ,
Чем твой укус.
Ведь ты сердечно пожалел
Меня и скорбный мой удел,
Который я средь грешных тел
Влачу внизу;
Ты и над дьяволом сумел
Пролить слезу.
А я гляжу на твой запой
И тоже плачу над тобой:
Не кончишь с пьяною гульбой -
Умрёшь, мой друг,
Той смертью, что дана судьбой
Для всех пьянчуг.
Припомни полевой цветок*,
Что ты воспел - в недолгий срок
Таков же будет твой итог;
Сошник скользит,
И в борозде его клинок
Тебя сразит.
Примечания.
* Упоминаются стихотворения Р. Бернса "Том О'Шентер", "Две собаки", "Мосты Эйра",
"Горной маргаритке, которую я примял своим плугом".
** Именем Койла Бернс называл свою музу.
The Deil's Reply to Robert Burns
From my chair in Lumby Den, Forfarshire, Sept. 6, 1793.
Oh, wae's me, Rab! hae ye gane gyte?
What is't that gars ye tak' delight
To jeer at me. and ban and flyte
In Scottish rhyme,
And, fausely, gie me a' the wyte
O' ilka crime?
O' auld nicknames ye' hae a fouth,
O' sharp sarcastic rhymes a routh.
And as you're bent to gie them scouth,
'Twere just as weel
For you to tell the honest truth,
And shame the Deil!
I dinna mean to note the whole
O' your unfounded rigmarole;
I'd rather haud my tongue, and thole
Your clishmaclavers,
Than try to plod through sic a scroll
O' senseless havers.
O' warlocks and o' witches a',
O' spunkies, kelpies, great or sma',
There isna ony truth ava
In what you say,
For siccan frichts I never saw
Up to this day.
The truth is, Rab, that wicked men,
When caught in crimes that are their ain,
To find a help are unco fain
To share the shame,
And so they shout wi' might and main,
The Deil's to blame!
Thus I am blamed for Adam's fa'.
You say that I maist ruined a';
I tell ye ae thing, that's no twa,
It's just a lee,
I fasht na wi' the pair ava,
But loot them be.
I'd nae mair haun in that transgression
You deem the source o' a' oppression,
And wae, and death, and man's damnation
Than you yoursel':
I fill'd a decent situation
When Adam fell.
And, Rab, gin ye'll just read your Bible
Instead o' blin' Jock Milton's fable
I'll plank a croon on ony table,
Against a groat,
To fin' my name ye'll no' be able
In a' the plot.
Your mother, Eve, I kent her brawly,
A dainty quean she was and wally,
But destitute o' prudence wholly.
The witless hizzie,
Aye bent on fun, and whiles on folly
And mischief busy.
Her Father had a bonny tree,
The apples on't allured her e'e;
He warned her no' the fruit to pree,
Nor climb the wa'.
For if she did she'd surely dee,
As dead's a craw.
She didna do her father's biddin',
She didna mind her husband's guidin',
Her ain braw house she wadna bide in,
But stray'd awa',
Depending on her "art o' hidin'"
To blin' them a'.
As for that famous serpent story,
To lee I'd baith be shamed and sorry,
It's just a clever allegory,
And weel writ doon;
The wark o' an Egyptian Tory,
I kent the loon.
Your tale o' Job, the man o' Uz,
Wi' reekit claes and rented gizz,
My hornie hooves and smouthie phiz,
Wi' ither clatter,
Is maistly, after a' the biz,
A moonshine matter.
Auld Job. I kent the carle right weel,
An honest, decent kintra chiel,
Wi' head to plan and heart to feel
An' han' to gi'e;
He wadna wrang'd the verra Deil
A broon bawbee.
The man was gey an weel-to-do,
Had horse and kye and ousen too,
And sheep and stots and stirks enow
To fill a byre,
O' meat and claes, a' maistly new,
His heart's desire.
Forbye, he had within the dwallings,
Three winsome queans and five braw callans
Ye wadna in the hale braid Lallan's
Hae fand their marrow,
Were ye to search frae auld Tantallan's
To Braes o' Yarrow.
It happen'd that three breekless bands
O' caterans cam' frae distant lands,
An' took what fell among their hands.
O' sheep and doddies,
Just like your reivin' Hielan' clans
O Border bodies.
I tell ye, Rab, I hae nae share
In a' the tulzie, here or there;
I lookit on, I do declare,
A mere spectator,
Nor said nor acted, less or mair,
Aboot the maitter.
Job had a minstrel o' his ain,
A genius rare, and somewhat vain
Of rhyme and lear; but then, again,
Just like yersel',
O' drink and lasses unco fain,
The ne'er-do-weel.
He'd sing o' lads and leddies fair,
O' love and hope and mirk despair,
And wond'rous tales wad whiles prepare,
An string thegither:
For a' he wanted was a hair
To mak' a tether.
So, with intention fully bent
My doing to misrepresent,
That Book o' Job he did invent,
And then his rhymes
Got published in Arabic prent
To suit the times.
You, poets, Rab, are a' the same,
Of ilka coutry, age and name;
Nae maitter what may be your aim
Or your intentions,
Maist a' your characters o' fame
Are pure invention's.
Shakspeare mak's ghaists and witches plenty,
Jock Milton, deevils, mair that twenty,
Tom Puck will soon be croose and canty,
Wi' Rab the ranter;
And you yersel' are mair than vauntie
Of "Tam O' Shanter".
Your dogs are baith debaters rare,
Wi' sense galore and some to spare;
While e'en the very "Brigs o' Ayr"
Ye gar them quarrel;
Tak' Coila ben to deck your hair
Wi' Scottish laurel.
Yet, Robin, lad, for a' your spite,
And taunts and jeers and wrangfu' wyte,
I find, before you end your flyte,
And wind yer pirn,
Ye'er nae sae cankered in the bite
As in the girn.
For when ye think he's doom'd to dwell
The lang-for-ever-mair in hell,
Ye come and bid a kind farewell,
And, guid be here,
E'en for the verra Deil himsel'
Let fa' a tear.
And, Rab, I'm just as wae for thee
As ever thou canst be for me;
For less ye let the drink abee,
I'll tak' by aith
Ye'll a' gang wrang, and maybe dee
A drunkard's death.
Sure as ye mourn'd the daisy's fate,
That fate is thine, nae distant date,
Stern Ruin's ploughshare drives elate
Full on thy bloom
And crushed beneath the furrow's weight
May be thy doom.
Отредактировано Юрий Лукач (2009-05-20 06:05:07)
Неактивен
Юрий, !
Может быть, "С поличным пойманный злодей"? Так глажче...
Неактивен
Андрей, спасибо! Конечно, глажче, поправка принята! Тут еще полно огрехов, для меня 200 строк габби - объем пока непосильный, часть перевода делал уже в полуавтоматическом трансе, по принципу: глаза боятся, руки делают.
Чуток отойду и шлифану...
Отредактировано Юрий Лукач (2009-05-20 05:48:51)
Неактивен
Подсчитал: 340 строк габби за десять календарных суток. То-то я чувствую себя выжатым, как канарейка в стакане.
Неактивен
Юрий Лукач написал(а):
Подсчитал: 340 строк габби за десять календарных суток. То-то я чувствую себя выжатым, как канарейка в стакане.
Юрий, вообще не представляю, как Вы все это подняли и вытащили!
...А стишок этот не сам же Бернс сварганил?
Неактивен
Юрий Лукач написал(а):
часть перевода делал уже в полуавтоматическом трансе, по принципу: глаза боятся, руки делают
Да-да, именно так. Как Угрюм-Бурчеев на берегу моря: "Уйму! Я его уйму!" Мой личный "рекорд" - 757 строк, но на них ушел год...
Неактивен
Батшеба написал(а):
...А стишок этот не сам же Бернс сварганил?
Мнения разделились. Я считаю, что все-таки Бернс - очень уж профессионально и крепко сделано. А ЕВ согласен процентов на 50, а на остальные сомневается.
Неактивен